- Просто посиди там немного. Или, доктор, вы не могли бы проводить Кристофа в кабинет изотерапии?

Ван Чех изогнул бровь, и легко улыбнулся. Я отметила, что со времени женитьбы доктор разнообразил свою мимику и не забывал удивлять меня мимическими экзерсисами время от времени. Я нажала кнопку на столе и велела санитару отвести мальчика в кабинет.

- Нарисуй, пожалуйста, сначала себя, а на другом листочке потом свою семью, хорошо? - напоследок сказала я, Кристофу.

Я не знала с чего начать, доктор категорически отказывался даже дышать в мою сторону.

- Скажите, вы, бабушка Кристофа или мать? - начала я

- Я - опекун, я - его бабушка. Мама Кристофа не здорова и лежит в стационаре, подобному вашему.

- Как Кристоф развивался? Расскажите, как проходило его детство, когда вы заподозрили неладное, что способствовало, по вашему мнению… ммм… нездоровью вашего внука.

- А с чего вы решили, что он не здоров? - взъелась бабушка.

- Простите, как вас зовут?

- Катрин Октавия дер Буф. То, что он рассказывает всем свои фантазии про то, как был когда-то паучком и что был в плену у злой волшебницы, убивающей пауков, еще не значит, что он болен! У Кристофа живое воображение…

- Зачем вы пришли? - начала злиться я.

Женщина открыла было рот, но тут же его закрыла. Доктор притаился и внимательно наблюдал за нами.

- Мать воспитывала Кристофа одна, со мной она не общалась. Мне никогда не нравился ее мужчина. Мы были обижены друг на друга и Кристофа она мне не показывала. Я точно не могу сказать, но во время беременности, а может быть сразу после родов, она повредилась рассудком. Мальчика она не кормила, вообще не проявляла к нему интерес (так говорили соседи). А бывало, начинала обнимать и целовать, а потом сразу же избивала до полусмерти. В один из таких порывов она выгнала его из дома. Мальчик и так не доедал и не развивался, а тут чуть не умер с голода, на холодной улице. Я бы так и не узнала обо всем этом, если бы мне не позвонили из службы опекунства.