- И как вы, отстрелялись? Олег хмыкнул на глупость моего вопроса, они же живы и передо мной.

- Трех подстрелил. Двух уже так перебил, за приклад взялся и давай от души мочить. Одну, удачно пнув, Наташка убила. В горло той попала ногой. Остальные три или четыре сбежали. Короче повезло.

Я слушал его, затаив дыхание. Представил себя на его месте и даже, наверное, устыдился тому, что не представлял бы что делать. Не знаю, хватило бы у меня сил убивать одичавших собак чуть ли не голыми руками. Олег снова уткнулся в книгу, а Наташка сказала:

- Теперь-то я, понятно, стреляла бы. А тогда не могла поверить, что они бросятся на нас… Я кивнул:

- Они уже человека не признают никак, кроме ужина. Сколько мертвых-то поели. Она, отпив чаю, сказала:

- Не хочу об этом вспоминать. - внезапно встрепенувшись, она спросила: - Слушай, а тут выход на крышу есть? Я посмеялся и сказал:

- Четвертый, пятый этажи полностью разрушены вибрацией. Только кое-где фасад сохранился. Туда опасно подниматься. Каждую ночь что-то рушится. Особенно когда дождь идет.

- А может, пойдем? - с надеждой спросила она меня. Олег хмыкнул, ничего не говоря, и я, улыбаясь, сказал:

- Не дури. Во-первых, ноги переломаем. Во-вторых, увидит патруль или услышит - хана.

- При чем тут патруль? Мы же в доме. - сказала Наташка.

- Ну и что. По правилам комендантского часа должны находиться в жилище. В своей квартире. В случае, если не успеваешь к себе, обязан найти патруль, доложить и тебя проводят или выпишут пропуск. А в девять все…

- Мы аккуратно… - не унималась она.

Я подумал, что будет не плохо, конечно, прогуляться на свежий воздух из подвала и сказал:

- Ладно. Только вперед меня не лезь.

Я достал запасную керосинку. Залил немного топлива в бачок, закрыл, взболтнул, капнул на сам фитиль и поджег его. Отрегулировал яркость и, подождав, пока огонек будет гореть увереннее, закрыл его стеклом.