– Сочувствую вам. Должно быть, неприятное ощущение – очутиться в толпе.

– Там камера наверняка встроена прямо в витрину, кажется, что все проходящие мимо пялятся прямо на тебя! Ладно, я уговорил себя, что потерплю. Возможно, Милеша фантазировала, что кто-то еще может ее увидеть… Ладно, я сел на край бассейна, скинул ботинки, рубашку. Но в воде, уверяю вас, никто не прятался!

– О чем-нибудь говорили?

– Нет. Она произнесла что-то вроде «Как здорово…», но я не уверен. Играла музыка, джаз. Если вы намекаете, что кто-то притаился в сливном отверстии, то его дыхания я мог не расслышать.

– А в сауне? В кабинете?

– Сауна и выход на террасу были закрыты снаружи, на замках горели маячки. А замки спальни, кабинета и бильярдной блокируются отдельной цепью. Даже когда в доме уборщица или гости, открыть эти двери могу только я.

– У вас на ладони дополнительный принт?

– Да, на левой.

– Что было дальше?

– До меня дошло, что она отправилась к окну без разрешения. Словно слушала меня и одновременно еще кого-то. Это длилось недолго. Вот сейчас, когда вы спросили, я отчетливо припоминаю, что был раздражен.

– Естественно, нарушался сценарий.

– Черт побери, капитан! Она же не робот, а живой человек. Все это выглядит и ощущается настолько естественно, я имею в виду сценарий, что нет времени анализировать… Впрочем, кому я рассказываю? Наверняка уж вы-то побывали в чужих стримах! Было довольно темно, я различал светлячки в ее пупке и на кончиках бровей… У бассейна высокий бортик, сантиметров шестьдесят, снизу шел свет. Я приказал ей поставить ногу на бортик и снять туфельку. Сначала одну, затем другую… Я потянулся и начал разматывать змейку с ее лодыжки.