ры,- сказала она и встала. - Вы использовали ситуацию в
своих интересах,- сказал я.Вам это ясно? Голос мой срывался. Она дружески похлопала ме
ня по плечу. - Подойдите же ко мне, Боб, ведите себя сов
ременно. Я поспешил перейти к техническим описаниям. - Не
напоминает ли вам это первые электронно-вычислительные машины? - спросил я.
- 1959 года?
- Еще более ранние,- уточнил я.- Существовали электронно-вычислительные машины очень примитивной конструкции; вспомните, тогда их монтировали на специальных лампах, так называемых блоках памяти, которые позволяли этим приборам усваивать отрывочные данные.
- Мы проходили это еще в школе,- сказала Флоранс.
- Теперь вспоминайте дальше: этот вид был усовершенствован в 1964 году, когда Росслер обнаружил, что подлинный человеческий мозг, помещенный в соответствующую питательную жидкость, может выполнять те же функции, занимая при этом гораздо меньший объем.
- Я знаю также, чем закончилось дело Бренна и Ренода, которые подключили себя к вычислителям такого рода,- сказала Флоранс.
- Очень хорошо,- ответил я.- Постепенно ЭВМ различных поколений оснащались всевозможными, изобретенными за многие годы, эффекторами, постепенно превращаясь в категорию механизмов, называемых роботами. Но у всех этих механизмов было одно общее. Вы .можете сказать, что именно?
Теперь профессор во мне взял верх.
- У вас такие красивые глаза,- ответила Флоранс,- они желто-зеленые и мерцают, как звезды.
Я отпрянул от нее.
- Флоранс! Вы вообще слушаете меня или нет?
- Я слушаю вас очень внимательно. Эти механизмы объединяет то, что они выполняют только счетные операции, данные о которых программисты вводят в их память. Машина, перед которой стоит какая-нибудь неразрешимая задача, даже не пытается разрешить ее.
- Но почему бы не попытаться снабдить ее сознанием или способностью к логическим умозаключениям? Потому что, как недавно было замечено, достаточно того, чтобы они были снабжены некоторыми элементарными автоматическими функциями, как они начинали напоминать старых ученых с их самыми худшими привычками.