Должен признаться, что кое-какое оружие мы все-таки сохранили. Другие настаивают на переговорах… Вопрос ставится именно так, господа… Должны ли мы стереть с лица земли Лондон, воскресив тем самым призрак мученичества, в ореоле которого восставшие предстанут перед этим и всеми другими мирами? Или, организовав длительную блокаду, принудить их сдаться, а затем простить… Простить, выказав тем самым слабость… Они боятся, боятся нас, потому и прощают, скажет чернь, сильный должен отсекать гниющие части - иначе может погибнуть весь организм. Карающая рука - рука хирурга… Трудно, ох как трудно найти исчерпывающий ответ… И вот инициативная группа, которую возглавляю я, впервые в истории нашей планеты решила обратиться к чужому опыту… Ваше мнение, мнение экспертов из параллельных миров, может сыграть решающую роль… Мы вас выслушаем, господа, после перерыва. А сейчас отдохните. Мы вас покормим обедом - на голодный желудок голова соображает плохо, - покидая кафедру, добродушно улыбнулся он.

На кухне, которая находилась рядом с залом, уже звенели тарелки, оттуда доносился запах подгоревшей каши и пряный аромат мяса, поджаренного с кореньями. Обслуга - рабы обоего пола - начали обносить участников брифинга тарелками с едой, переставляя дымящиеся блюда с подносов на столы.

За наш стол пересел коммунист из Британии.

- Вопрос, конечно, интересный, - поглаживая рукой лысину, сказал он. - Либерализм всегда производит впечатление на обывателя, если он хорошо инсценирован.

- Но страх производит на обывателя еще большее впечатление, - сказал кто-то за соседним столом и засмеялся.

- Эти крысы церковные, эти вонючки в сутанах, - зло блестя глазами, сказал Марк,. - да они просто-напросто ханжи и лицемеры. Вы, наверное, сами прибыли из таких дерьмовых мест, где свободы никто и не нюхал. Неужели вы можете им доверять? Они на нашу помощь, видите ли, рассчитывают. Пусть сами из дерьма вылезают, а я лично добавлю им головной боли. Ну а ты что скажешь, Шерри?