– Рассказывай, что к чему, – говорю я.

Он бросает на меня нетерпеливый, даже раздраженный взгляд:

– И ты тоже?

– Ты о чем?

– Как и другие. На других стройках. Шимп может просто выдать все данные, но они все время хотели говорить.

Черт, его линк все еще активен. Он подключен. Я выдавливаю улыбку:

– Просто культурная традиция, наверное. Мы о многом говорим, это нам помогает… снова воссоединиться. После таких длительных отключений.

– Но это же так медленно, – жалуется Дикс.

Он не знает. Почему он не знает?

– У нас еще половина светового года, – напоминаю я. – Мы куда-то торопимся?

Уголок его рта дергается.

– Фоны вылетели по графику. – После его команды в Баке возникает сгусток фиолетовых искорок, они в пяти триллионах километров перед нами. – По большей части все еще сосут пыль, но им повезло: нашли пару больших астероидов, и перерабатывающие установки рано запустились. Первые компоненты уже выделены. Но потом шимп заметил эти флуктуации солнечного излучения, в основном в инфракрасной области, но на границе видимого спектра. – Картинка в Баке мигает: пошла ускоренная запись изображения звезды.

И точно, она мигает.

– По-моему, интервалы между вспышками не случайные.

Дикс чуть наклонил голову, не совсем кивнув.

– Выведи динамику во времени. – Я так и не смогла избавиться от привычки слегка повышать голос, обращаясь к шимпу. Искин послушно (вот что самое смешное) убрал космический ландшафт и заменил его на