Серж заявил, что у него аллергия на стариков, особенно шведов, и вообще, он скинхед, сионист, антисемит, анархист и расист. Этим заявлением он ввел в состояние нокдауна темнокожего малайца-портье. Окружающие русскоязычные братья со стыдом и гневом отошли подальше. Швед понял смысл английских слов — «фак» все теперь понимать стали, даже в российской провинции усвоили, — насупился и обиделся. А что поделать?! Лично к нему у Строганова неприязни не было, но, будучи хоккейным фанатом-болельщиком, он выработал с юных лет стойкую ненависть к шведской сборной, а заодно и ко всем шведам на земле! И фамилия у потомка викингов подозрительная, не то Педерсен, не то Педорсон.

Серж с чувством глубокого удовлетворения, гордо подняв голову, направился из холла в вырванный таки персональный трехместный номер. «Пусть это лишь до утра, на одни сутки, но трехместный! Как я их всех сделал! Знай наших!»

Сережка разделся до трусов, вернее, до «без трусов», включил душ и подставил свое тело под струйки прохладной воды. Затем, когда пыль Родины и пот Таиланда были смыты, он плюхнулся на кровать и, блаженствуя, заулыбался. Кондиционер гонял охлажденный воздух по комнате, выпитый алкоголь и приятная прохлада навевали дрему. Веки потяжелели, после очередного стаканчика виски он быстро заснул, но снилось ему что-то ужасное. Липкий страх опутал подсознание, мозг дал сигнал тревоги тренированному телу. Кожа покрылась холодным потом, необъяснимый ужас сбросил его с кровати. Сергей вскочил на ноги, открыл глаза и услышал эхо собственного дикого крика.

«Уф-ф! Бр-рр! Что же приснилось такое нехорошее? — Сергей принялся вспоминать привидевшийся кошмар. — Хоть убей, не помню! Кажется, мне не хватало воздуха. То ли душили, то ли тонул».

Строганов быстро огляделся. Наемные убийцы или грабители в номер не проникли! Обиженный старый швед за шкафом не прятался. Оказалось, что причиной, вызвавшей кошмарный сон, явилось влажное полотенце, которое лежало на груди и постепенно сползло на шею, а рука непроизвольно затянула его на собственном горле. Надо же, чуть сам себя не задушил.