Возможно, все эти игры велись в интересах государства, каких-то силовых структур или отдельных руководителей, а может быть, эти азартные ребята отмывали чьи-то средства. Не исключались полукриминальные операции в интересах даже не третьих лиц, а десятых-двадцатых. Но самое вероятное, что контора работала на всех, кто хорошо платил. Иначе откуда у шефа столько денег?
Строганову было не важно, на кого он работает, по военной службе он ни капельки не скучал. Оплата в конторе была на порядок выше, чем у военных, свобода передвижения по всему свету обеспечена, и любимые морские животные всегда рядом. Еще один плюс — оставалось много времени на женщин и вино и никакой обязаловки и морализаторства. Военная пенсия плюс зарплата, хорошие премии, командировочные. Путешествия, приключения, острые ощущения. И правда, меньше знаешь, лучше спишь и дольше живешь.
«Нет, я не патриот! — подумал Сергей. — Так много болтают в последнее время о патриотизме! Вокруг сплошные патриоты! В Кремле, в Генштабе. Я всегда служил в окопах, на полигонах, танкодромах, стрельбищах. А там патриота днем с огнем не сыщешь! Только в Москве, на Арбате да в пределах Садового кольца, и можно встретить настоящего патриота. Педриоты, мать вашу! Таких, как он, гусаров в армии теперь днем с огнем не сыщешь. В меру циничен, в меру романтичен, в меру бабник, бессребреник, окопник, а не службист-канцелярист».
В этой жизни Сережка всегда плыл по течению, не боролся, не страдал, не философствовал, не размышлял. Не мучался извечными русскими вопросами о том, кто же во всем виноват и что теперь делать. Он давно нашел простые универсальные ответы — никто не виноват ни в чем и ничего не надо делать! Авось образуется. Так и получалось. Вот, к примеру, он, старый вояка, выброшенный на улицу из армии, не напрягаясь, неплохо устроился на гражданке. Женился, пожалел об этом, развелся и вновь пожалел о содеянном. Вновь женился и опять развелся, чтоб не усложнять жизнь ни себе, ни очередной спутнице жизни. Так легче и себе и другим. Третья попытка причалить в тихой гавани семейной жизни закончилась тем, что его вторая половинка в Москве сбежала к карточному шулеру! Детей жены ему не нарожали, но он не жалел об этом, потому что любил сам процесс, а не результат.