- Прошу меня простить... - пробурчал моряк и громко прокашлялся. - Прошу меня простить, господин аббат. Я, наверное, не очень хорошо понимаю язык Д'Алва... Мне казалось, что это не запрещено.

Конечно, официально Кале не стал запрещать капитану посещать парусник. Однако каждый раз это происходило под надзором матросов, которые не спешили давать подробные комментарии, и вообще всячески мешали свободному перемещению чужака. Это происходило как-то самом собой, и аббат не возражал. Одно лишь распоряжение он отдал капитану Джефри: спрятать подальше карты. Хоть они и не слишком точны, а все же составляют собственность Совета Аббатств, доставшуюся им весьма нелегко. У некогда великого прошлого приходится выбивать секреты силой, и Темному Братству пока это удается лучше.

- Нет, капитан, не запрещено. Просто мы никак не ожидали, что вы заберетесь на парусник через борт, в темноте, а не по трапу. Матросы могли принять вас за врага... Это опасно и очень неосмотрительно с вашей стороны.

- Я учту, - пообещал Триполи, опустив голову и уставившись на сложенные руки. Губы его беззвучно шевелились, видимо, перебирая все известные ему ругательства. Аббату нравился капитан.

- Был бы очень вам благодарен. Но предложение Адмирала - я имею в виду поездку кэпа Чвако в Саск - мне показалось весьма удачным. В то же время Адмирал Шуайа мог бы на "Иоанне", нашем корабле, отправиться к Его Величеству королю Тому XXXI, что бы не терять времени в ожидании ответа из Совета Аббатств. Я предлагаю воспользоваться нашим парусником, а не вашей галерой, потому что это будет быстрее и безопаснее.

- Да-да! - поддержал аббата Стивенсон, входя в комнату. - А галеру тем временем неплохо бы подлатать, она здорово обросла ракушками.