Комната, как я и предполагал, оказалась кабинетом. Стена справа от двери, в которую мы ворвались, была заставлена книжными шкафами, дальше стоял старинный дубовый шкафчик со стеклянными дверцами, за которыми я разглядел расставленные по полочкам фарфоровые изделия — настоящие произведения искусства. Других дверей я не видел. Но, хоть мы и слышали голос Фу Манчи, самого доктора в комнате не было.

Бартон начал издавать какие-то нечленораздельные звуки, и Смит, вскинув свой пистолет, выстрелил в стеклянный шкафчик.

Посыпалось стекло, Смит ринулся вперед с криком:

— Развяжите Бартона! Скорее!

Сунув кольт в карман, я склонился над столом. Смит растворил дверцу, и до меня вновь донесся звук бьющегося стекла. Я сорвал повязку со рта Бартона; он уставился на меня, его красное лицо еще больше побагровело.

— За шкафчиком! — задыхаясь, проговорил он. — Достаньте его, Смит, эта желтая крыса за шкафчиком!

Вытащив из кармана перочинный нож, чтобы перерезать веревки, я услышал второй выстрел, и опять посыпались осколки.

— Он убежал сюда! — крикнул Смит. — Освободите Бартона и следуйте за мной!

Когда сэр Лайонел неуверенно сел и спустил ноги со стола, что-то упало на ковер. Это был шприц, игла которого коснулась кожи сэра Лайонела, когда я выстрелил. Бартон постоял немного, опираясь на стол, тяжело дыша и глядя на мертвеца.

— Меткий выстрел, Кэрригэн. Спасибо, — сказал он.

Звук третьего выстрела, уже более отдаленного, эхом прошелся по дому; я повернулся и увидел, что шкафчик для фарфора был потайной дверью. Теперь на его месте зияла брешь.

— Я пойду следом за вами. Найдите Смита.

Добрый старина Бартон! Выбора у меня не было.

Наступая на осколки фарфора, я вбежал в потайную дверь. При свете фонарика я увидел, что стою в большой комнате без мебели. Вторая дверь в ней была открыта, за ней царила кромешная тьма. Я миновал и эту дверь и опять очутился в прихожей, но теперь все лампы тут были выключены.