Ее ответ ошеломил его.

– Все здесь вокруг – только сон, – сказала Мирра, с живостью ребенка, старающегося что-то объяснить. – Этот остров – просто голая скала, а лес, животные и мы с тобой – только сновидение. Все это, конечно, кажется реальным для нас, потому что мы тоже – часть этого сна.

– Послушай, ты с ума сошла! – взорвался Гарри сон. – Этот лес, животные, ты – сновидение? И я тоже?

– Конечно, – убежденно сказала Мирра. – Ты – часть сновидения, так же как и я.

Гаррисон с трудом подавил в себе желание чертыхнуться, почувствовав жалость к девушке. Он видел, что она верила в то, что говорила. Должно быть, подумал Гаррисон, она выросла здесь одна и сама придумала эту фантастическую теорию.

– А частью чьего сновидения мы являемся, Мирра? – спросил он, посмеиваясь над ней. – Кому мы снимся?

– Спящему, конечно, – тотчас сказала она. У Гаррисона возникло сильное желание расхохотаться. Это, вне всякого сомнения, являлось самым безумным приключением, которое когда-либо у него было.

– А кто этот Спящий? – спросил он.

На нежном лице Мирры появилось выражение благоговения.

– Он просто – Спящий. Он лежит в глубине леса, никогда не просыпаясь. И то, что он видит во сне, является реальностью для этого острова. Спящий увидел во сне лес и ручьи, которые ты видишь вокруг. Ему приснились животные и птицы. Он увидел во сне меня – и внезапно я оказалась здесь. С того времени, как я появилась здесь, ему приснилось много других животных, но до тебя ему больше не снились люди. Я рада, что он увидел во сне тебя. Мне было так одиноко!

И в темных глазах Мирры мелькнул довольный пляшущий огонек. Уверенно и нежно она взяла Гаррисона под руку мягкой обнаженной рукой.

– Так значит Спящий увидел меня во сне, не так ли? – сказал, забавляясь, Гаррисон. – Мне бы хотелось увидеть этого Спящего.