Они оказались на краю идеально круглой, чистой площадки, покрытой изумрудным ковром травы, окруженной молчаливой стеной зарослей. В центре круга, освещенный солнцем, виднелся низкий квадратный постамент из сверкающего хрусталя.

На прозрачном помосте возвышалось ложе из красного дерева, украшенное причудливым орнаментом по бокам. А на нем, завернутое в плащаницу из золотой ткани, расписанной черными фигурами, лежало неподвижное тело мужчины.

Он лежал совершенно неподвижно на боку, рукой прикрывая повернутую вниз голову. Когда Гаррисон подошел ближе (а Мирра боязливо пыталась удержать его), он рассмотрел лишь, что у лежащего человека были темные волосы и белая кожа. Больше ничего не было видно.

– Это Спящий, – прошептала Мирра, дрожащими пальцами остановив Гаррисона в дюжине футов от хрустального возвышения. Ее темные глаза широко раскрылись в благоговейном страхе, когда она смотрела на лежащую фигуру.

– Боже праведный, это, должно быть, труп, захороненный какой-то неизвестной расой в давние времена,- вскричал Гаррисон. – Но как ему удалось так хорошо сохраниться на открытом месте столь долгое время!

– Нет, он не мертв, он только спит, – тихо промолвила Мирра. – Не говори так громко, а то разбудишь его.-

– Я хочу осмотреть тело, явно заинтересовавшись, пробормотал Гаррисон и двинулся вперед.

С побелевшим как мел от ужаса лицом Мирра удерживала его, прильнув к нему.

– Нет, ты не должен этого делать! Если ты разбудишь Спящего, его сновидение окончится – мы и все остальное из его грез, что возникло на острове, исчезнет!

– Чепуха, – сказал он, но Мирра продолжала удерживать его.

– Помнишь, ты пообещал мне не подходить к нему! – ее голос дрожал от неподдельного ужаса.

Гаррисон смягчился, увидев как потрясло девушку его намерение.

– Хорошо, – сказал он ей. – Я оставлю его в покое.

Мирра тотчас боязливо увела его с залитой солнечным светом поляны назад в тенистый лес. Тревожно оглядываясь назад, она торопливо шла обратно тем же путем.