Заметив меня, коллеги расступились, как бы приглашая ознакомиться с явлением поближе и вынести вердикт.

- Боря! - робко позвал я.

- Бесполезно, - ответил за него Коля. - Молчит, как рыба. И только жрёт. Уже минут десять, наверное.

- Больше, - возразил Савелий. - Это мы его десять минут, как заметили. А сколько он тут до нас ошивался...

Я провёл несколько раз рукой перед Бориными глазами — реакция нулевая.

- Остановить процесс пробовали? - сообразил я.

- Нет.

- Давай!

Савелий, как самый тренированный, ухватил Бориса за плечи и попытался оторвать того от еды. Существо, которое ещё вчера являлось двухсоткилограммовым памятником достатку, легко оторвалось от земли, но издало такой неприличный визг, что его пришлось опустить обратно на землю. И оно с удвоенной силой принялось уничтожать разложенные перед ним продукты.

- Видишь, до чего доводит беспечность и недальновидность? - укорил меня Коля. - В девяносто восьмом надо мной тоже все смеялись, когда я продал банк, а наличные перевёл в золотишко, недвижимость и прочие фабрики. И где теперь эти насмешники? Подметают улицы.

Но и меня не так-то просто уесть. Мы тоже в девяносто восьмом не рубли по подворотням скупали.

- Давайте позволим человеку насытиться, а потом поговорим, - предложил я. - Не сможет же он до бесконечности метать, как снегоуборочная машина. Ну, и поможем ему. Чего стоите, как пни?

Тут, наконец, до присутствующих дошло, что ещё минут пять бездействия оставят их голодными. Мы схватились за ложки, и дело пошло гораздо быстрее.

Вылизав последнюю каплю соуса с тарелки и стряхнув хлебные крошки в рот, Боря огляделся вокруг. Сыто икнул. Глаза его приобрели некоторую осмысленность. Казалось, он подготовился к диалогу.

- Ну, рассказывай, - подбодрил его я.

- Я к тебе в рассказчики не нанимался, - ответил Боря.

Отрадно, что в нём сохранилась способность к человеческой речи, а от хамских привычек мы уж как-нибудь его отучим.