И тут до него дошло. У него получилось! Он рискнул, поставил на кон собственное вечное посмертие и выиграл! Он станет личным вассалом богини смерти и, наконец, сможет перестать бояться всего на свете. Тедди позволил себе открыть глаза и оглядеться по сторонам. Коридор был пуст, чуткий слух вампира не улавливал движения за стенами двух из трех номеров. Из третьего доносилось только дыхание богини. Он, наконец, отклеился от стены и двинулся к лифту. Портье, так портье. Не самой худшее, что могло с ним случиться. Да к тому же ночной. Что вообще ночью в отеле происходить может? Ну, кто-то приедет, кто-то уедет. Подумаешь, ерунда какая. Всего лишь постояльцев принять-проводить. За свою двадцатитрехлетнюю жизнь и двенадцатилетнее посмертие ему приходилось заниматься и более сложными, трудоемкими и даже опасными делами.

Не дойдя до лифта, Тед свернул на лестницу и, словно здесь взгляд богини перестал на него давить, даже начал насвистывать. Два пролета он преодолел почти вприпрыжку, но вдруг остановился. Из короткого коридора, ведущего к номеру для новобрачных, потянуло ванильно-сахарным, уже знакомым ароматом блондинки. В животе у Теда заурчало, и он едва не согнулся пополам от резкой боли в желудке. Такой жажды он не испытывал даже сразу после обращения. Клыки рефлекторно вытянулись в стремлении вонзиться в живую плоть. С трудом удержав равновесие при накатившем вдруг головокружении, вампир опустился на ступеньки. Приступ прошел так же внезапно, как и начался, но Тедди еще минут пять посидел, успокаиваясь и с опаской ожидая повторения. Потом, стараясь не дышать, чтобы ненароком снова не поймать флюиды манящего запаха, он скатился с лестницы со всей доступной в его вампирском возрасте скоростью. Лишь влетев в фойе отеля, он перевел дух.

За стойкой портье никого не было. Холл вообще не отличался многолюдностью, а точнее, был абсолютно пуст. Тедди с независимым видом продефилировал к стойке и заглянул за нее. Плешивый дядечка растянулся на полу, подложив под щеку сложенные лодочкой руки, и сладко причмокивал во сне.