Но вот в конце сороковых, когда один из зазнавшихся и чересчур самонадеянных администраторов по фамилии Джугашвили, решил, что он мог бы и самостоятельно, без инструкций и приказов из Центра управлять колонией, ему дали время на размышление, а потом убрали руками его же коллегагентов. Иногда приемы бывают иными. Помните, начало так называемой, инспирированной оттуда "перестройки", когда наш всеми горячо любимый и незабвенный Горби по какому-то изумившему всех наитию решил вдруг сделать опору на собственные силы, "интенсификацию" и пр., его не стали убирать, зная, что он обязательно исправится и будет скрупулезно исполнять все предписываемое. А просто для напоминания при помощи зомби-исполнителей шарахнули по колонии чернобыльской АЭС. Тут же вся внутренняя политика колониальной администрации была перевернута на сто восемьдесят градусов. Тут же почти молниеносное стремительное бегство из Европы, полное разоружение, разгром армии (которую держали на случай войны с Китаем, а вовсе не для отпора "империалистическим хищникам"), тут же искусственное расчленение страны на колониально-оккупационные зоны... Многого мы еще не понимаем, многое сокрыто от нас. Но факты вещь злая. Разумеется, внутри колониальной администрации идут свои распри - все мы живые люди - но что бы и в каких бы формах ни происходило, какая бы "политическая" борьба ни шла - суть остается прежней - абсолютная зависимость от Центра, роль территории-полигона, роль подопытных человеко-животных.

Корр. Мрачновато у вас получается.

3. Возможно. Но впадать в эйфорию и радоваться, что, дескать, закончилось семидесятитрехлетнее "коммунистическое иго", не следует. Ничего не изменилось, режим по-прежнему тот же, оккупационный.

"Перестройка" не могла оказаться освобождением нации и установлением законной власти, потому как она планировалась в Центре, проводилась в жизнь таким важнейшим органом колониальной администрации как Политбюро. Дальнейшее может оказаться еще мрачнее.