Мирзоев молчал, попеременно похрустывая суставами пальцев. Затем сказал глухо: - Но если активным и разумным станет каждое песчаное скопление... - А что случилось, что ее подстегнуло? - перебил Толя, невольно поддаваясь лихорадочной убежденности Мирзоева. - Много факторов... Фон радиации повысился... Фреона мы очень много в атмосферу выпустили... Очень мощное радиоизлучение наших передатчиков и локаторов, а у Нее, похоже, электромагнитные информационные процессы... Да мало ли чего на Земле в последнее время случилось! Главное - у Нее сейчас назревал Эволюционный скачок. - Ты-то откуда знаешь? - усмехнулся Хан, уже рассчитав свои последующие тактические ходы.- Мысли пустыни научился читать? - Эх, если бы,- вздохнул Мирзоев и поднял руку в характерном жесте. Электрическая активность и мощность излучения песков в Шаймергене растет. Четвертый год растет и растет по экспоненте. Сейчас там выплескивается энергии больше, чем этот район получает от Солнца. Учти неизбежные потери - и ясно, что Шаймерген получил энергию извне, от других участков пустыни. - Как же? - вырвалось у Толи. - Пока точно не знаю. Ясно, что без проводов... Догадки... У тебя радиосвязь устойчивая? - Не очень,- пробормотал Хан, вспоминая постоянный, нет, пожалуй, даже усиливающийся месяц от месяца треск и свист в приемнике. Недавно гонял связистов - и ничего не добился... Но тут же спохватился и добавил: Догадки, предчувствия - вещи ненаучные. - А научные ты не поймешь,- сухо бросил Мирзоев. "Ничего, это тебе зачтется",- подумал Хан и сказал, поднимаясь: ---Ладно, не пойму - не надо. А сейчас пойдем-ка в город. Пива выпьешь, с хорошими людьми познакомишься. Одичал ты совсем в своем Шаймергене. - Подожди, - заторопился Мирзоев,- я объясню. Есть теория устойчивости систем. Мы рассчитывали модель... Получится, что где-то через две недели Шаймерген перейдет границу устойчивости... - Ну и что? - Как это - что? Скорее всего, образуются два независимых центра; но, может быть, развитие пойдет по разветвленной схеме, и тогда...