След вел на северо-запад. Он пересекал широкую равнину, раскинувшуюся между двумя холмами, усеянными голыми камнями, и дальше, в четверти мили отсюда, уходил в коридор меж двух рядов растительности, тянущийся от горизонта до горизонта. Местами виднелись какие-то развалины.

В свое время Лейн нашел здесь нечто интереснее: основанием для растений служила труба, выступающая из грунта фута на три, причем большая часть ее была скрыта, как у айсберга. Ее стенки были облеплены зелено-голубым лишайником, который покрывал здесь каждую скалу, каждый каменный выступ. На трубе на равном расстоянии друг от друга имелись выступы, и из каждого тянулись стволы растений - блестящие, гладкие, зелено-голубые колонны толщиной в два фута и высотой в шесть. От их вершин во все стороны расходились многочисленные ветви толщиной в карандаш, похожие на пальцы летучих мышей. Между "пальцами" была натянута зелено-голубая перепонка - единственный гигантский лист дерева цимбреллы.

Когда Лейн впервые увидел эти деревья из глайдера, ему показалось, что они похожи на ряды гигантских рук, пытающиеся схватить солнце. Они были огромными - каждая опорная прожилка тянулась футов на пятьдесят. И они действительно были руками - руками, протянутыми, чтобы схватить бедные золотые лучи крошечного солнца. В течение дня прожилки на стороне, обращенной к движущемуся солнцу, опускались до земли, а на противоположной - поднимались вверх, чтобы подставить свету всю поверхность перепонок, не оставив в тени ни дюйма.

Еще до экспедиции ученые допускали, что она обнаружит растительность, но найти здесь организмы считалось нереальным, и в частности потому, что растения здесь слишком велики и покрывают восьмую часть планеты.

Но ведь трубы, из которых поднимались стволы цимбрелл, были продуктом жизнедеятельности местных организмов! Несколько дней назад Лейн попытался просверлить такую трубу; с виду она походила на пластмассовую поверхность трубы, но была настолько тверда, что одно сверло сломалось, а другое вконец затупилось, прежде чем удалось отломить от нее хоть маленький кусочек. На время удовлетворенный этим, он захватил его в лагерь, чтобы исследовать под микроскопом. Взглянув на него, Лейн даже присвистнул. В цементообразную массу были впрессованы кусочки растений, частью разъеденные, частью целые.