– А может, сутенера просто взять? – предложил я. – Уколоть «сывороткой», получить исчерпывающую информацию…
– До майора дослужился, а элементарных вещей не понимаешь, – укоризненно покачал головой полковник. – Он наверняка лишь одно из звеньев цепи, насколько длинной – неизвестно. И самого резидента, скорее всего, в лицо не знает. Ну, возьмешь ты Ираклия, а дальше?! Они могут всполошиться, ликвидируют следующее звено, и останемся мы с носом! Не-е-ет, дорогой мой! Здесь нужен более тонкий подход… В общем, так, через три часа ко мне в кабинет, – поднявшись на ноги, объявил шеф. – Я обмозгую план операции, посоветуюсь с генералом Марковым и поставлю тебе конкретную задачу. А пока, Дима, отдыхай, расслабляйся. Только смотри, не как Альбертыч!!!
2
Музыкальный центр изрыгал нудную слащавую мелодию в восточном стиле. На сцене, в ярком пятне света, извивалась у шеста крашенная под блондинку девица. (Уже третья по счету за сегодняшний вечер.) Выступление подходило к концу. Заученно улыбаясь, стриптизерша виляла бедрами, трясла грудями и медленно стягивала с себя последний предмет туалета – кружевные прозрачные трусики. Около сцены, побросав свои места, сгрудились штук десять завсегдатаев, разного возраста и комплекции, но с одинаковой маской звериной похоти на распаренных, потных лицах.
– Давай, детка! Да-а-авай!!!.. О-о-о!.. Снима-а-ай же!!! Скорее!!! – сиплым, нестройным хором стонали они.
Сидящий неподалеку от меня Ерофейкин хоть и не решался покинуть столик, но изо всех сил вытягивал морщинистую шею в направлении сцены. Из полуоткрытого рта «прогрессивного писателя» текли слюни. Кончик высунутого наружу нечистого языка мелко подергивался из стороны в сторону. «Грязное животное», – взглянув на него, брезгливо подумал я и, не удержавшись, сплюнул на пол. Видимо, почуяв мое настроение, Виктор Владимирович поспешно спрятал язык обратно в рот, утер рукавом слюни и трусливо потупил свиные глазки. Я механически отпил немного сока из длинного узкого бокала.