Дельская многозначительно кивнула. Да… попала так попала. И надо же было поймать за хвост проскользнувшую в голове мысль сделать этот странный клип. Сколько сил она на него потратила, сколько усилий… И она чувствовала, что эта работа станет для нее особенной. Но не до такой же степени, чтобы шайка придурочных утверждала, будто своим редактированием в фотошопе обычный клипмейкер смог нацелить на себя страшное проклятье.

Жизнь. Она продала свою душу ради жизни нерожденного ребенка. Ради того, чтобы ее малыш появился на свет, чтобы он жил с мамой и папой, рос, ходил в школу, и был счастлив. Кому только не готов продать душу человек ради своего ребенка, - подумалось Кате.

- Ну, мы приехали!

Тойота резко затормозила на подземной стоянке одного из высоченных элитных домов, и я галантно подал руку вышедшей из машины гостьи.

Свобода. Она лишилась ее. Катя не хотела об этом думать. В голову лезли страшные мысли, но она отгоняла их. А мне нелегко было идти рядом с этим эпицентром мрачных раздумий.

Как ей симпатичны оказались мы, окружающие ее люди. Программист Иван, подставляющий себя под пули, потому что иной жизни он уже не знает. Его простое добродушное лицо было настолько приятно, что Катя и сама бы запросто влюбилась в этого парня, не будь он женат, а она замужем. Да и я, его напарник, нареченный странным для нее именем, который она воспринимает исключительно как Интернет-кличку, продался ОСЯ ради жизни. Я старался понравиться девушке, чтобы она могла доверять мне, а не боялась словно призрака.

Маша. Или Маш-шу, как называл свою почти уже жену я. И эта девушка не выглядела воплощением вселенского зла. Маленькая хрупкая женщина, открывшая дверь, быстро юркнула в одну из многочисленных комнат элитной квартиры, а когда мы с гостьей вошли туда, она уже сидела на алом диванчике и разливала по чашкам горячий чай.