Я снова внимательно проверил, чтобы в каюте не осталось ничего, способного выдать случайно вошедшему сюда хоть что-нибудь. Впрочем, вряд ли ее кто найдет, слишком хорошо спрятана. Только двархи знают о существовании таких кают на каждом нашем корабле и каждой боевой станции. Пришлось заставить этих ехидных существ дать слово молчать, а то ведь у каждого из них не язык, а помело. Все разболтают. Но нет, порядок. Обычная нежилая каюта на вид. Надев форму, я вышел.

Переместившись в Зал Отдыха, я улыбнулся в ответ сотням рухнувших на меня улыбок. Сотни сияющих радостью и счастьем лиц снова сказали мне, что я живу не зря. Спасибо вам, дети мои! Спасибо за то, что вы есть. Когда я вижу вашу радость, мне не важна моя боль. Всего лишь моя боль за ваше счастье? Какая мелочь! Я со всем справлюсь. Я все-таки маг. Но это опять же неважно.

Остановившись у огромного иллюминатора, я горько улыбнулся воспоминаниям. Многих из вас уже нет, вы уходите в Миры Творения, к Создателю, и уже никогда не возвращаетесь сюда. Покидаете колесо перерождений. Иногда мне кажется, что я слышу ваши голоса, ушедшие. Вы говорите мне, чтобы я не оплакивал вас...

«Да, Мастер... – донесся до меня почти неслышный шепот из глубин вселенной. – Не надо нас оплакивать. Мы – жили. Мы – любили. Мы – верили. Мы – были!»

Из ненаписанного дневника Илара ран Дара

Глава 1

– Тина! – вопль отца, казалось, разодрал воздух. – Где тебя носит, чакварда, Благими проклятая! Иди коров доить, чтоб тебя перевернуло и шлепнуло!

Девушка вздрогнула и отвлеклась от своих мыслей. Вздохнув, она взяла ведро и нехотя поплелась в коровник. Ее тошнило и от фермы, и от этой работы, и от родной планеты на задворках Скопления Парг и, как ни стыдно в этом признаться, от собственной семьи. Слишком они все были приземленными, и ничего, кроме фермы и сельскохозяйственных работ, их не интересовало. Как бы продать выращенное подороже, да обмануть налоговое ведомство, да напиться до поросячьего визга. А то и по мордам надавать спьяну друг другу или соседям.