Ай да девочка! Ай да умница! Сколько вариантов рассматривали, как головы ломали, а до такого почему-то не додумались. Поработать, конечно, придется знатно, но дело того стоит – и вправду можно значительно облегчить для Аарн последствия предстоящего. СПД с союзниками сильнее пострадают? Так им и надо, тем более что лично Дарва ис Тормена это не коснется. С точки зрения Адай, среди эспедешников больше не было интересных личностей, разве что Мара ран Сав и Ренер Лоех Кранер.

– Вам все понравилось? – оторвал от размышлений голос хозяина ресторана. – Может, еще чего-нибудь?

Как ни странно, в молчании этого пожилого человека Лар не сомневался – никому не скажет, что встречал давно умершего музыканта. Достаточно было считать его память и эмофон – безмерное уважение и даже преклонение.

– Благодарю, мэтр Орон, – улыбнулся музыкант. – Ничего не надо. Только…

Он немного помолчал, затем выложил на стол небольшой белый дармиалг.

– Карточки у меня с собой сейчас нет. Возьмете камень?

– Ой, оставьте! – отмахнулся Хенк. – Для меня честь принимать вас! Вот если бы…

– Что?

– Если бы вы спели что-нибудь новое…

– Мне не хотелось бы «воскресать из мертвых», – вздохнул Лар.

– Не беспокойтесь, никто не услышит, дзарт-поле включим! – заверил Хенк, у него трялись руки, так не терпелось услышать новые песни великого барда.

– И никаких записей.

– Конечно! Как скажете!

Если бы Лару самому не хотелось петь так, что зубы ныли, он бы отказал. Но раз хочется и возможность есть, то почему бы и нет? В руках музыканта из ниоткуда появилась черная гитара странных очертаний. Однако он не коснулся струн, пока мерцающая дымка дзарт-поля не скрыла нишу. Только после этого легкая мелодия полилась из-под пальцев Лара, тихая, зовущая вдаль, необычная. Хенк завороженно слушал, сцепив руки перед грудью, – совершенно новый стиль, раньше господин даль Далливан играл иначе. Незаметно вступил голос, редкостной красоты и силы классический баритон.