Андрей заметил ее взгляд и повысил голос.

— Ты что не слышишь? Чего задумалась? Или спишь? А то смотри, высажу по дороге! Как добираться до Белогорска будешь!

— Будете! — Надежда отвернулась и принялась смотреть в боковое окно. — А еще: «задумались» и «смотрите»! Надеюсь, я понятно объяснила?

— Не понял? — он с подозрением уставился на Надежду. — Что я такого сказал? У меня мужики от радости задыхаются, когда я им «ты» говорю?

— Я не задыхаюсь, — ответила Надежда. — У меня свои принципы. И я не люблю, когда незнакомые люди сходу обращаются ко мне на «ты».

— Что ж ты сама тогда «тыкаешь»? — справился Андрей. — Вон губернатор и то на «вы» меня величает. — И вдруг как-то по-ребячьи виновато улыбнувшись, почти умоляющее попросил: — Да чего там, прости, если обидел. Но ты тетка… — и, заметив ее угрожающий взгляд, быстро поправился, — женщина, то есть, молодая, красивая… Тебя приодеть, так за первый сорт сойдешь…

— Спасибо, за молодую и красивую, — насмешливо посмотрела на него Надежда, — а за первый сорт и вовсе поклон до земли. Но, скажи честно, тебя кто-нибудь учил деликатности? Говорил, как надо вести себя с женщинами, которые гораздо старше тебя по возрасту?

— Знаешь, — Андрей весело подмигнул ей, — я как-то с теми, что помладше больше общаюсь, а в конторе у меня только мужики. Бабам по своим делам я не доверяю. С ними в сауне классно перепихнуться, в кабаке посидеть, ну и под одеялом, конечно, покувыркаться. А лучше вовсе без одеяла… — Он расхохотался и снова подмигнул ей. — Они любят, когда их не деликатно так, не тактично…

— Дурак ты, — Надежда поморщилась, — и язык у тебя без костей. Смутить меня хочешь? Так я, милый мой, столько грязи на своем веку навидалась, десяти экскаваторов не хватит, чтобы вычерпать. А ты еще на свете не жил, ни черта не видел, а мелешь, Бог знает что, и рад до безумия. На твоем месте я бы помолчала, и поразмышляла, почему так случилось: грузовик на переезде застрял, и киллеры появились. Причем на мотоциклах…