— Я только напишу заявление об увольнении.

Глава 2

Я вытащила на белый свет очередную блузку, что собиралась взять с собой, несмотря на то, что носить мне ни ее, ни все остальное, явно не придется. Покрутила ею в воздухе, рассматривая с разных сторон и прикидывая возможную реакцию отца на узкую полоску прозрачной ткани с двумя тоненькими бретельками.

Обернулась к брату и, продемонстрировав, сей предмет туалета современной барышни, получила в ответ задумчивое выражение лица и лихорадочный блеск в черной бездне глаз.

Понятно. То, что на морде — предположение о длительной нотации, что мне придется выслушать о скромности, которая должна быть присуща незамужней даме. Непонятно только, причем тут это качество человеческой натуры и колюче-режущие предметы, коими я с раннего детства баловалась вместо игрушек.

Ну а то, что во взгляде… Мужчина, он и в демонском обличии остается мужчиной.

— Только через мой труп. — Мама сидит в своем любимом кресле и исподлобья посматривает на Радмира. Что время от времени, вот как теперь, забывает, что должен поддерживать ощущение серьезности ситуации, которая требует от меня немедленного отбытия к горячо любимому родителю.

Я, в первую секунду, даже растерялась. Не сразу сообразив, что ее реплика относится отнюдь не к моей одежде.

— Мамуль. — Я отбрасываю кофточку на кровать. В ту кучку, что уже забраковала. И тянусь за следующей. — Мне же уже не 18.

Это заявление заставляет ее бросить недовольный взгляд уже в мою сторону и твердо заявить.

— Если бы тебе было 18, страшнее влюбленности с тобой вряд ли можно что-либо произойти. Но чем старше становится женщина, тем извращеннее ее ум в поисках того, во что бы вляпаться.

Мы с братом переглядываемся. И хотя делаем вид, что оба категорически с этим не согласны… Лично я, именно так и считаю.