- Нет, честное пионерское, женюсь! - сопел я, точно бычок, остервенело, тыкая щеткой.

Прошли, промелькнули, просвистели не десять, а целых двадцать прекрасных, своевольных, холостяцких и частично супружеских медовых, начальных лет-зим - я опять и опять у ненавистной, но такой родной моечной ямы несу гигиеническую службу. Добровольную службишку, и как некоторые понимающие успели заметить - непривередливо.

То есть, не стеная внешне, не раздражаясь на весь белый свет, в котором по справедливому закону природы я честно исполняю эту, в сущности, мелкую, мелочную супружескую обязанность.

Прошествовали и последующие семейные многотрудные и многолучезарные годы.

И вновь, а вернее и поныне несу я свою добровольную службу у моечного поста. Несу, и который уже сезон мечтаю разорить наш семейный бюджет и приобрести импортный посудомоечный агре-гат-автомат.

Мечтаю, - а сам между тем на собственное чадо десяти лет от роду временами натуральным непедагогическим волком воззряюсь (и даже вызверяюсь и скрежещу - про себя, стараюсь блюсти интеллигентность - обидчивыми зубами), на его наследственное увиливание от вскоропомощной службы по мытью хотя бы собственной тарелки.

Черт бы тебя побрал, с этой нежной барчуковой породой! непросвещенно чертыхаюсь иногда я, оставляя в покое обленившегося (как будто бы) мальчишку.

Ничего, сынок! Ничего... Придет время, когда сам будешь без нужных приказаний драить сковородки пригоревшие, перемасленные тарелки, отскребать кастрюли, а горячую воду предупредительно (на техпрофилактику) отключат на месяц-полтора... А жирная ледяная осклизлая тряпка не желает намыливаться, и нужно греть воду, а по телевизору твоя любимая команда играет финальный матч, а тут еще нужно дописать срочный отчет...

Ничего, мальчик, всему свое время!

Зато и попурхаешься без тренировки, - парочку сервизов изведешь, подарочных свадебных.