На востоке, откуда солнце начинает свой ежедневный путь по небосклону, серые облака уже приняли бледно-желтый оттенок. Дул порывистый ветер, и Борросу пришлось пойти на корму, чтобы поправить курс.

Ронин смотрел на юг, наблюдая за перемещениями облаков, подгоняемых ветрами. «Неужели где-то там живут люди? — спрашивал он себя; — Похожи они, интересно, на Боннедюка Последнего?» Пожав плечами, он занялся такелажем. Надо было перетянуть ослабевшие за ночь узлы.

Несмотря на сильный ветер, воздух заметно сгустился и потяжелел, и Ронин ощутил давление в ушах. Он старался идти по качающейся палубе с особой осторожностью, памятуя о том, как упал прошлой ночью. Подставив лицо навстречу студеному ветру, он разглядел на северо-западе, над горизонтом, багровые грозовые тучи, предвещавшие бурю.

Услышав крик, Ронин повернулся в сторону кормы, но не заметил ничего особенного. Он пробрался к Борросу, который показывал куда-то на север.

— Что там? — спросил Ронин.

— Корабль. — Боррос вцепился в штурвал. — Преследует нас.

Ронин пристально всмотрелся вдаль, но не разглядел ничего на просторах ледяного моря.

— Сейчас не видно. Из-за тумана.

— Боррос, ты уверен...

— Корабль. Такой же, как наш, — убежденно заявил колдун. — Да, холод его побери! Я его видел. Своими глазами.

Ронин развернул Борроса к себе и вгляделся в лицо старика, стараясь не замечать выражения ужаса, проступающего на нем.

— Забудь, — рассудительно заметил он. — Ты еще не пришел в себя. Тебе просто почудилось. Ты очень многое пережил, но сейчас все позади. Фрейдал уже не достанет тебя. Ты свободен.

Боррос бросил взгляд назад, в сгущающийся туман.

— Будем надеяться.

За утро ветер заметно усилился, и теперь штормовые порывы, все время менявшие направление, с нарастающей скоростью гнали корабль на юг. Пока Ронин занимался снастями, ему все время казалось, что полозья едва касаются льда, настолько стремительно мчались они по ледяной пустыне. Время от времени он замечал, что Боррос поглядывает назад-, но ничего не говорил, храня при себе свои мысли.