— А не то что? — нахально пискнул Лэн.

— А не то именно то, — мгновенно, словно дожидаясь этого, откликнулся Антон. — Вернее, те. Которые гибкие друзья. Сейчас вот мы с Чиной забудем на время наши метафизические разногласия, наломаем веток… Потому что вас, обормотов, воспитывать надо, совсем от рук отбились. Кто мне сегодня сети спутал?

— Не мы! — быстро парировал Лэн. — И мы не виноваты, что ты их сам с террасы унести забыл.

— А кто лазил без спросу в подвал? — меланхолически поинтересовался Чингиз. — Сколько раз было сказано: недоработан подвал, опасно туда соваться…

— Кто изображал из себя рок-звезд и уронил мою гитару? — елейным инквизиторским тоном осведомился Игорь. — Главное, дождались, пока я задремлю… Какое низкое коварство! Нет, у нас эти оболтусы хрен бы Знак получили. Мы в их возрасте вели уже вполне осмысленное существование, отрабатывали теорию и практику роддерства, создавали аппробативные методики… А эта мелочь пузатая, которая, кстати сказать, и дробей не знает…

— Это все чепуха! — решительно заявил Падла. Поднявшись на ноги, он подтянул свои невозможных размеров семейные трусы и свирепо уставился на притихших пацанов. — Это все чепуха по сравнению с главным. Кто брал мое пиво?

— А мы-то здесь при чем? — очень убедительно удивился Кирилл. — Я лично вообще «Жигулевского» не пью. Я только лимонад…

— Поди-ка ко мне, цыпочка, — ласково протянул Падла. — Я сейчас тебе в деталях разъясню, при чем здесь конкретно ты.

— Падла, ну не надо! Ну зачем? — забеспокоился Кирилл, ничуть не стремясь приблизиться к возвышающейся подобно грозному утесу фигуре. Может, лучше двадцать отжиманий? — с надеждой обернулся он к хихикнувшему Антону.

— Надо, Кириллка, надо! — грустно подтвердил тот. — Все тайное рано или поздно становится явным, по всем долгам приходится платить. Меня-то словами не уведешь, — он вдруг замолчал, то ли собираясь с мыслями, то ли прислушиваясь к чему-то.