Только сейчас она заметила, как озябла здесь, вдали от благословенного тепла.

Побыстрей отсюда! Она сжала кристалл в руке и, взяв в другую руку фонарь, поднялась на вторую перекладину.

Лестница скрипнула под её весом и она едва успела отыскать опору — сжав кристалл в кулаке.

Ей показалось, что в руке у неё очутился шершень, а не красавец-кристалл. Боль была невероятной. Когда перед глазами кончили мелькать красные пятна, а разум возвратил себе власть над телом, она разглядела проклятый кристалл, откатившийся к самому крысиному лазу.

— Что же… это… — прошептала она, осторожно разжимая ладонь пострадавшей, левой, руки. Ей было страшно это делать — казалось, что та изуродована до неузнаваемости. Однако там был лишь ожог… да и тот не очень сильный.

Буквы — или что это было — явственно отпечатались на ладони. Чуть более тёмными линиями. Боль проходила медленно.

— Всё равно я заберу тебя, — прошептала она, осознав, что как-то умудрилась подхватить лампу и не сломать себе спину, падая на каменный пол. Только чем взять этот строптивую вещицу? Ага, вот этими кусочками дерева… Чёрная крыса выскользнула из лаза, осторожно взяла кристалл в зубы и скрылась во тьме.

— Чтоб ты подавилась, — от души пожелала женщина, вполне искренне, и поспешила прочь.

…Наверное, так оно и лучше, подумала она много позже. Да и куда можно девать подобное? Иные мародёры были готовы убить человека, чтобы забрать — вместе с отрубленным пальцем — дешёвое серебряное колечко. Нет, пусть кристалл остаётся там, куда его утащили.

Следы ожога на ладони быстро проходили и срисовывать буквы — в зеркальном отражении — пришлось в некоторой спешке. Впрочем, она и так успела запомнить, как выглядело начертание.

В комнате, которая была предоставлена Дракону, было довольно жарко.