Внутри было куда уютнее.

Шеттама, 58 Д.

Она медленно отступала — внутрь «кухни». Обладатель рук высунул голову (самую обычную, человеческую) и выбрался наружу одним быстрым движением.

Некоторое время они смотрели друг на друга.

— Что ты там делал? — спросила женщина, всё ещё не решаясь отпустить кочергу. Первые несколько мгновений неожиданный «гость» показался ей огромным, уродливым и страшным. Теперь было видно, что он вовсе не такой уж и страшный.

И вообще ему едва ли вряд ли больше двадцати лет.

"Северянка", отметил выбравшийся из подполья. Лет сорока. Короткие волосы, цветом напоминающие солому, несколько грубоватые черты лица. Для обитателей Срединных стран — нечто странное, почти что уродливое. Даже шутка такая есть, что северяне своих женщин вырубают из скал, топорами. Оттого-де такие нескладные.

Откуда ей взяться здесь, почти посередине Большой Земли?

— То же, что и ты, — ответил он на словах и, бросив оценивающий взгляд на кочергу, захлопнул босой ногой крышку погреба. — Прятался.

"С запада", подумала женщина. "Каким ветром его сюда занесло?" Медленно и осторожно она прислонила кочергу к стене и выпрямилась. Мальчишке (росту в нём было едва ли полтора метра — на добрую голову ниже её самой) досталось больше, чем ей. Кожа да кости. Что он там ел? Крыс?

Что-то здесь не так.

— Там полно крыс, — произнесла она полувопросительно. Мальчишка хмуро кивнул. Пожалуй нет, не мальчишка. Глаза его выдают. Глаза взрослого человека…

Они замерли. Оба.

— Почему ты не спрашиваешь, как меня зовут? — неожиданно спросил "мальчишка".

Она на миг смутилась и быстрым взглядом осмотрела себя. Вроде всё в порядке… что он так уставился на неё? Боится? Зачем тогда вылез?