Работай, негр. Печатай без ошибок. Рупь за страничку" А за идею?
А за идею? - спросил я, зайдя в тапочках к соседу-работодателю. - Вам не кажется, ваше сиятельство, что за идею тоже надо платить?
Он все сразу понял, ничуть не смутился, сочно захохотал и стал тискать меня в медвежьих объятьях.
За идею, сынок, я поведу тебя в кабак, - объявил Зотов и в тот же вечер повел.
Мы сидели в отдельном кабинете, пили "посольскую", ели паюсную и кетовую, курили "Мальборо" и беседовали наедине. Диалог вне морали. Ну, какая мораль у прожорливого хищника? Бог в вами, товарищи. С нами - черт. С нами сам сатана.
Ну и как, вкусно было, сынок? - улыбнулся проклятый пузан, когда мы вышли из ресторана.
Вкусно-то вкусно, - сказал я, покачиваясь от "посольской", - однако, ваше превосходительство, не мешало надбавить еще.
За что? - удивился он ласково.
За убытки, - вздохнул я, стараясь не смотреть на него, так как рожа его во мне вызывала рвотную реакцию. - Компенсацию за убытки. Ведь моя-то рукопись теперь навсегда похерена.
С твоей рукописью, сынок, и без меня все было ясно, - возразил Зотов. - Никто не стал бы печатать твою рукопись. Разве можно изображать руководящего товарища черной краской? И, с другой стороны, разве можно оправдывать нигилизм гнилого интеллигента? Нет, сынок, ничего я тебе не должен. Скажи спасибо дяде за вкусный ужин - и утрись.
Спасибо, - сказал я.
На здоровье, сынок.
Кстати, можете забрать свой роман.
Уже? - удивился он.
Да, я закончил.
Молодец. Зайду сегодня же. Прямо сейчас.