Зазвучала бравурная музыка — гимн Когорты, написанный композитором Тлинтом. Мало кто знал, что под этим именем скрывалась электронно-вычислительная машина из ведомства Сокуры. Она часто выдавала то новые плясовые, то лирику, то патетику.

Я уже привык, что по радио часто цитируют мои заявления, которых я не делал хотя бы потому, что ни разу не видел, как выглядит радиорепортер. Обычно все материалы им давали в отделе Информации, там знали всё, в том числе и то, чего не было. Вот, скажем, сейчас в эфир пойдет отчет о речи президента, которую он и не мог сказать вчера, потому что весь день и полночи провел у Джины. Но президент спокойно воспринимает это, что же тогда мне волноваться?

«Ларист взбежал на трибуну легко и, как всегда, с улыбкой, — послышался в эфире бойкий голос журналиста. — Он показался мне сначала утомленным, но стоило ему заговорить, как видимость эта исчезла… С каждым его словом, с каждой фразой туман, окутывающий будущее страны, рассеивался все больше и больше…»

Я посмотрел на Лариста, он слушал с интересом, как всегда. Это ему нравилось. В своих выступлениях он обычно держался какой-то одной темы — конкретной и практической. И тут он чувствовал себя, как рыба в воде. Но стоило ему отплыть к обобщениям — он сразу же начинал тонуть и, как утопающий за соломинку, хватался за фразы из передовых статей газеты «Наше государство»… Тут же, в репортаже журналиста, перед всеми возникал образ мудрого лидера, съевшего в государственных делах не один пуд соли.

«…Президент говорил умно, толково: „Мы должны придерживаться принципа постепенности, — подчеркивал он, — иначе трудно предугадать, что Произойдет со страной, если мы вдруг сразу раскроем ворота городов, отменим карточную систему, снова введем денежные отношения. Хаос, беспорядок, нищета воцарятся в нашем многострадальном отечестве…“»