— Смерти я не страшусь, за три года Когорты всякого повидал и сам через нее прошел, — говорил Ларист. — Но вот что никак не пойму. Сейчас же время совсем не то, что раньше. Правительство народное, а в нас стреляют, пытаются отравить, подложить взрывчатку. Ну точно так же, как это делали мы, борясь с диктатурой Аргамеддона…

— Пустяки, это недобитые аргамеддонцы и запуганным ими крестьяне, — отвечал Ихона. — Рвутся вернуть власть…

— Мне видится в этом какая-то машинальность, привычка… Год назад били Аргамеддона, сегодня другого…

— Тогда правили генералы и полковники…

— Так и я не рядовой.

— А сейчас — народ, — твердо сказал Ихона. — А народ не победишь, сил не хватит…

Президент замолчал, задумался. Вот тут и сказал Ихона свое слово:

— Слышали новость?

Ларист обернулся к нему — мы с Ихоной сидели сзади.

— Сокур выследил своего давнего недруга, тоже кибернетика. Слух такой, что этот недруг собрал машину не машину, но, в общем, некое устройство… Он его назвал «Полимодель».

— А! — сказал президент. — Что-то такое слышал, но так и не понял, о чем идет речь.

— Эта машина якобы дает предсказания. И очень точные.

— Политические? — спросил Ларист. Он улыбался.

— Нет, о дне смерти человека…

— А! — президент сразу же отвернулся, как будто его это совсем не интересовало, уставился в окно, за которым уже начиналась деловая часть города — мы приближались к центру. — Мистика… Кто же об этом может знать?

— Машина есть машина, — задумчиво сказал советник.

Ларист смотрел на улицы города, где все чаше и чаще стали появляться бронетранспортеры, военные джипы и шлагбаумы, перегораживающие проезжую часть. Но впереди нас два мотоциклиста из президентского эскорта живо объяснялись с патрулями и освобождали дорогу.

Ларист смотрел на все это рассеянно, но вот взгляд его зацепился за что-то. Я проследил, куда он смотрит, и увидел очередной шедевр Кузена — большой транспарант из красно-желтой материи, косо висевший на фасаде здания.