– Господин обер–лейтенант! – радостно воскликнул он хриплым голосом. – А я тут слегка…

– Вижу, – усмехнулся Хельмут. – Да хватит тебе сигарету прятать. Кури уж, раз начал.

– Спасибо, – солдат глубоко затянулся и, помедлив, спросил: – Какие новости, господин обер–лейтенант?

– Угадай.

– Я так понимаю, что хреновые. Как всегда, впро–чем.

– Правильно понимаешь, Руди. – Дитц поднял голову и оглядел быстро темнеющий небосвод, на котором уже замерцали первые звезды. – Вот что, рядовой Майер, – вздохнув, сказал он, – собери–ка ты мне немедленно в блиндаже всех командиров отделений.

– А чего их собирать… – пожал широкими плечами коренастый пулеметчик. – Они там все сейчас и сидят. В карты режутся.

– Ясно, – глубокомысленно изрек Дитц и, решительно выпятив бритый подбородок, направился к блиндажу.

– Саша, видишь вон ту высотку с церквушкой?

– Ага. Я ее еще днем разглядывал. Сейчас плохо видно – солнце мешает. Зря ты бинокль достаешь, спрячь – не дай бог снайпер блик заметит, он сегодня тут постреливал, зараза.

– Значит, разглядывал, говоришь… – Ротный повернул голову и внимательно глянул на горбоносый профиль командира разведвзвода лейтенанта Александра Велги.

Лейтенант, щуря свои зеленоватые, с нахалинкой, глаза, из–под руки всматривался в заинтересовавшую ротного высотку.

– И как ты думаешь, немцы эту высотку видят?

– Даже еще лучше, чем мы. Им солнце не мешает.

– Представь себе, – медленно сказал ротный, – что ты завтра наступаешь. Что бы ты сделал сегодня, имея впереди себя пустую деревню с целехонькой колокольней?

– Идеальное место для размещения пункта корректировки огня, – сплюнул изжеванную травинку Велга и остро взглянул на ротного. – А почему ты думаешь, что деревня пустая? Я, конечно, движения там не замечал, но…

– Не думаю. Знаю. Во всяком случае, днем она была пустой.