Даже если рассматривать вариант средневекового мира - бронебойный наконечник прошьет любую из известных мне систем бронирования средневекового личного состава. Ну может, кроме готического Максимилиановского доспеха позднего рыцарства. Только вот представить ползущего на карачках в попытке ко мне подкрасться рыцаря, дребезжащего и громыхающего многочисленными деталями лат - было выше моего представления о дурдоме. Так что тактическая вводная до утра была следующей - сидеть не дергаться и ждать восхода солнца, при попытке посторонних товарищей наковырять в моем нежно-любимом тельце дополнительных (не согласованных с генеральным планом строительства) отверстий - отстреливаться, не вступая в ближний бой. В случае подкрадывания офигевших с похмелья рыцарей или наступления обожравшегося мухоморами гномьего хирда - брать ноги в свои свежекогтистые лапы и быстро-быстро шуршать тапочками куда-нибудь подальше (разбираться по месту). В таком положительном ключе я и остался изображать из себя подберезовик под елью.

Глава 4

Кто ходит в гости по утрам?

Утро, окрасившее нежным розовым цветом верхушки елей и разбудившее весь наличный состав пернатых дивизий, принявшихся с радостью чирикать, вызвало в моем случае громкий мат.

Мало того, что чвик каждой птички бил по ушам не хуже отбойного молотка и захотелось заняться геноцидом всего живого в радиусе слышимости, так еще и слабые лучи солнца, вызвавшие такое оживление в природе, ослепили меня почти полностью.

Сразу вспомнилось замечательное ночное зрение и строки из литературы, описывающие дроу как абсолютно не переносящих дневной свет созданий, идеально приспособленных к полной темноте подземелий.

Громко зашипев, я выдал:

- Ssussun! Ssussun pholor dos!

И остолбенело застыл. В мозгу пронесся не перевод - нет, я точно знал значение данной фразы. Знал и помнил, как перекатываются на языке шипящие звуки темноэльфийского наречия.