В ответ он удивленно посмотрел на меня, потом странно затих, прислушавшись к чему-то внутри себя и с удивленным видом начал разматывать забинтованную конечность. С каждым витком бинта на его лице все сильнее и сильнее выступало выражение крайнего удивления, достигшее максимума при обнаружении розовых заживших шрамиков на плече, как минимум, по внешнему виду месячной давности.

Если до этого он еще как-то поддерживал меня, то после такого неожиданного открытия, его тоже отказались держать ноги, и каким-то надломленным движением он опустился на землю.

- Это что же получается - магия существует?

- Ссутя по тхому, кхак мне ссейчасс хренофо - у фас ее нет или так мало, что мошно не принимать в расчет.

- А бог есть? Ведь если есть магия как ты говоришь - значит может быть и бог?

- Слушшай хумансс! Мне ссейчхас очень плохо - чегхо ты хочешшь? Чтобы я шертвоприношение Ллос - Кхоролефе паукоф сделал? - Тогта с тебья как минимум тфа хумансофских млатенца и пещера под храм.

- Какие младенцы! Ты что, совсем с ума сошел! Садист проклятый! То меня съесть пытается, то младенцев ему подавай! Вы там у себя все такие?

- Исфини не обишайся! - Просто фот такхие у насс хренофые богхи! А по отношению к вам, хумансам, я еще лояльно себя феду!

…

И смотря на внезапно побелевшее лицо собеседника, подумал: - Может от того, что пока еще могу войти в его положение? И еще очень хорошо помню, как это было - быть человеком. Хотя по поводу адекватности своей собственной психики я уже на все сто процентов могу быть уверенным - крыша съехала далековато. Судя по симптомам, пациент засветился ярко выраженным раздвоением личности на базе прогрессирующей шизофрении. Ведь вспоминая свою прошлую жизнь, я уже сейчас видел ее как в тумане - полуразмытые картины детства, отдельные кадры юности и студенчества, все по ощущениям было не моим - далеким и чужим не относящимся к моему текущему Я.

…

- Слушшай солдат. А гхде мы сейчас находимся?