Оглушенный падением, Елкин тяжело поднялся. Болела ушибленная спина, гудела голова, но пуще всего досаждало уязвленное самолюбие. Его, «черного пояса», призера целого ряда соревнований, валяли по полу как сопливого мальчишку. Едва ли за уши не таскали! Вместе с тем Сергей Игнатьевич уже понял: бандит, предлагая схлестнуться один на один, вовсе не рассчитывал на «поддавки». Просто он, владея чем-то более совершенным, чем стиль «Киу-ка-шинкай», был стопроцентно уверен в победе над заурядным каратистом. Елкин замер в сомнении, не зная, как поступить дальше: продолжать заранее обреченную на провал схватку или сдаться на милость победителя. Внутри Елкина разум боролся со злобой. Разум подсказывал: «Завязывай, Сергей! Тебе с ним не тягаться! Побереги здоровье». Злоба же шипела: «Давай нападай! Не видишь – он настроился поиграть с тобой, хочет растянуть забаву! Не добил, хотя мог два раза это сделать. Воспользуйся ситуацией. Нападай снова и снова! Сумей провести хотя бы один удар из тех, которыми ты крушил доски да кирпичи! Заставь гаденыша кровь глотать, зубы сплевывать».
– Сдрейфил?! – заметив колебания Сергея Игнатьевича, подначил Снегирев. – Мандраж в жопе обозначился?! Ладно, можешь отказаться от боя, но тогда приплатишь сверху десять тысяч долларов! За испорченное удовольствие!
Подначка сработала. Злоба возобла-дала над разумом. «Удовольствие, говоришь?! – мысленно зарычал бывший сэнсей. – Будет тебе удовольствие!» Он неожиданно выбросил вперед мощнейший еко-гери
– Молодец, братан! – вопил Сивка-Бурка. – Мочи фуфлыжника!
Продолжая удерживать левой рукой захваченную ногу, озверевший Снегирев (пропущенные удары «черного пояса» тупой болью отдавались во внутренностях) обнял Елкина за талию, приподняв вверх, с размаху влепил тело противника в стену и, удерживая его в таком положении, нанес четыре страшных удара коленом снизу в ребра. Зрители взвыли в волчьем вос-торге.
– До-бей! До-бей! – скандировали они.
Игорь швырнул обмякшего, хрипящего, задыхающегося Елкина ничком на пол и сверху треснул ступней промеж лопаток. Сергей Игнатьевич потерял сознание.