Я вспоминаю изящные курадские статуэтки, украшающие стол Вашей Интеллектуальности. У нас имеются старые изображения Паралова, но это надо видеть, чтобы оценить. Даже в руинах, с лианами, извивающимися через широкие авеню, это очень красивое место, с удивительно пропорциональными зданиями. Я бы рекомендовал сохранить город в качестве лагеря отдыха, и чтобы ранняя колонизация включала эстрадных артистов и девушек для развлечения. Потребуется немного времени для подготовки ряда зданий к их немедленному занятию, особенно хорошо одно, где курадцы размещали коллекцию своих картин.

Сразу же по достижении Паралова наше внимание привлекла струя дыма, равномерно идущая в небо, что свидетельствовало не о пожаре, а о наличии производства. Я приказал разведывательному подразделению приняться за дело и разведать подходы через улицы. Предосторожность оказалась излишней. Достигнув цели, оказавшейся на северной окраине, мы обнаружили длинное низкое здание недавнего сооружения, совершенно не в традициях курадской архитектуры, которая характеризуется высотой, угловыми контрфорсами, - но куполообразное и прижатое к земле. В качестве командующего экспедицией я без колебания первым вошел внутрь в сопровождении вооруженной охраны и доктора Рэба.

Здание оказалось фабрикой, на которой рабочие производили те самые орудия и пластинки, что мы видели; они были столь сосредоточены на своей работе, что почти не смотрели на нас при ответах на вопросы наших переводчиков. Прежде всего, сами рабочие: они составляют новый, третий вид мутантов, они во всех отношениях хорошо сложены и даже красивы, хотя очень малы, и проявляют еще более низкую степень интеллекта, чем уродливые курадские крестьяне. Они были готовы к сотрудничеству и полны желанием отвечать на вопросы, но явно не понимали большинства из них. Однако, возможно, это лишь хитрое притворство с их стороны, причины которого я вскоре объясню.