Миссис Смит, хозяйка третьего дома, в отличие от всех прежних собеседников была отнюдь не прочь поболтать, что и доказала на деле - она тараторила со скоростью не менее 120 слов в минуту, причем с акцентом, из-за которого в ее словах было так же трудно разобраться, как и в речи Сэма Хиггинсботама. Дэнстор, едва лишь ему удалось вставить слово, принес ей свои извинения, и они двинулись дальше.

- Неужели никто из них не умеет говорить на том же языке, что и радио? - горестно изливал он свою душу. - Как же в таком случае они умудряются понимать свои собственные радиопередачи?

- Должно быть, мы выбрали неудачное место, - ответил Крайстил, чей оптимизм заметно поубавился. В дальнейшем, когда его последовательно принимали то за сотрудника Института Гэллапа (проводящего опрос общественного мнения), то за кандидата от консервативной партии, то за коммивояжера, торгующего пылесосами, и, наконец, за спекулянта местного черного рынка, его вера в себя оказалась окончательно подорванной.

Но вот, в шестом или седьмом по счету доме дверь им открыла не домохозяйка, а долговязый юнец. В его потной ладони был зажат журнал с изображением ракеты, летящей над изрытой кратерами планетой. Что это за планета - оставалось неясным, но уж, во всяком случае, это была не Земля. Через всю обложку шла надпись: "Потрясающая псевдонаучная фантастика. Цена 25 центов".

Крайстил и Дэнстор обменялись многозначительными взглядами. Наконец-то нашелся человек, который по своему развитию способен их понять! Воспрянув духом, Дэнстор обратился к юнцу:

- Надеюсь, вы нам поможете. Нам никак не удается объясниться с аборигенами. Видите ли, мы только что прилетели на эту планету, и нам хотелось бы вступить в контакт с вашим правительством.