Мы спустились к берегу реки. Здесь на песчаной отмели увидели множество следов антилоп и буйволов, которые ночью приходили на водопой. Квали нашел след небольшого носорога.

Я велел разыскать брод, но черные воины, едва ступив в воду, тотчас же с воплями выскочили на берег. Река кишела крокодилами. Одного из них, который в пылу преследования выполз на песок, воины мгновенно закололи своими длинными копьями.

Джонсон указал мне на темные колоды, неподвижно лежащие на противоположном берегу реки.

- Что это? - не понял я.

- Тоже крокодилы, господин профессор, - не без ехидства ответил охотник. Он поднял свой штуцер, прицелился и выстрелил.

Одна из колод подскочила и закрутилась на месте, свиваясь в спираль и снова распрямляясь, остальные поспешно сползли к реке и исчезли в воде. Движения раненого крокодила становились все медленнее, и наконец он затих.

Черные воины разразились громкими, торжествующими криками, а потом отплясали вокруг Джонсона стремительный танец, подпрыгивая на согнутых ногах и ударяя в землю древками своих копий.

- Превосходный выстрел, - похвалил я. - Интересно, куда вы целились?

- Туда же, куда и попал. В глаз.

Это было почти невероятным: попасть в глаз крокодилу с расстояния добрых ста пятидесяти метров.

Я с уважением пожал руку старому охотнику:

- Знал, что вы прекрасный стрелок. Но этот выстрел феноменален. Никакой тираннозавр нам уже не страшен.

- Пустяки, - сказал польщенный Джонсон.

Один Перси Вуфф был недоволен.

- Незачем было стрелять, - ворчал он. - Этак распугаете более крупную дичь...

- Более крупная дичь не испугается, - спокойно возразил Джонсон. Она еще не знает, что такое выстрел. А сегодня надо шуметь, чтобы узнать, кого скрывают прибрежные заросли. Не за куропатками приехали...