— Не сомневаюсь. В течении ближайших восьми часов можете тешить себя этой мыслью. Из других развлечений могу предложить видео и музыку, — Роберт показал соответствующие кнопки. — Да, и если вам будет совсем скучно, нажмите эту кнопку — для связи со мной.
— Вы, кажется, сказали — полет продлится восемь часов?
— Совершенно верно.
— Тогда можете не беспокоится — за это время мне не станет скучно до такой степени.
Роберт не счел нужным парировать и повернулся, чтобы уйти.
— Подождите!
— Да?
— Сколько лет вашему летательному аппарату?
— Двигатель у него совсем новый.
— Зато остальное, вероятно, времен высадки Армстронга на Луну. Когда, по крайней мере, он проходил последний техосмотр?
— На провокационные вопросы не отвечаю.
— Сама не понимаю, почему я с вами связалась.
— Потому что больше не с кем. Пристегнитесь, через пять минут взлетаем.
2
Предсказание Эмили не оправдалось: через семь часов она все-таки нажала кнопку связи.
— Я вижу, вы все же соскучились, — отозвался Роберт.
— За те деньги, что я вам плачу, вы должны лучше развлекать меня. Фильмы у вас на борту — такое же старье, как и сам корабль. Может, вы расскажете мне что-нибудь поновее?
— Например?
— Вам приходилось бывать в Дальнем космосе?
— Вас, видимо, интересует, не встречался ли я с коррингартцами? Должен сказать, я побывал во многих мирах, но этой встречи мне удалось благополучно избежать.
— Это понятно. Однако я думаю, что здесь, возле Границы, о них знают достаточно.
— Разве на Земле о них не знают?
— В последние годы на Земле считается дурным тоном говорить о войне. Люди хотят наслаждаться жизнью, им неприятно сознавать, что в Дальнем космосе не все в порядке. Все делают вид, что никакой войны нет. В учебниках ей посвящена одна фраза, что-то вроде «Земля оказалась втянутой в военный конфликт с Империей Коррингарт, принявший в результате Бетельгейзианских соглашений характер локальных стычек на Границе.»