— Что, опять кто-то кляузу написал?
— И это тоже — Тараил, но это нормально, он стучит чаще, чем на Земле — капли дождя. Да и похоже, на этот раз расклад не в его пользу.
— Что же тебя волнует? Что-то на Земле? — Лаира уже привыкла обращаться к нему на «ты». Наверное, кроме них во всем Верхнем мире так никто не поступал.
— На этот раз ты права, — Афраил превратился в пивную кружку — обычная между ними шутка. И продолжал говорить прямо из кружки: — Они до сих пор думают, что я исследую библейские тексты. Хорошо хоть не стихи Омара Хайяма. Разумеется, я заметил это по простому изменению активности Земного информационного поля.
Лаира взяла в руки кружку и сделала вид, что пьёт. У неё мелькнула мысль: а есть ли у кого-нибудь еще в этом мире чувство юмора? А может — чувство, что этого чувства у него нет?
— Люди готовы к созданию великого произведения искусства. Понимаешь, что это значит?
— Еще бы, — ответила Лаира прямо в кружку. — Да еще и в «переломный» год.
— Вот именно — резкий перевес ресурсов в нашу пользу, а итоге — люди минимум на тысячу лет лишатся науки.
— Вряд ли это еще кого-то взволнует.
— Но я знаю еще кое-что — скоро может произойти и великое научное открытие!
— То есть — установится равновесие?
— То есть — наши будут пытаться это равновесие предотвратить, вот в чем дело, — с этими словами Афраил снова стал похож на ангела из детских библейских
книжек.
— А черти — пытаться убить нашего… что это будет?