Никакая это была не ошибка. Всего лишь мелкая погрешность.

Подумаешь! Тысячу раз так делали.

И цель в любом случае оправдывала средства.

Тогда чего он так разорался?

Азель, Граель и Джелайя стояли перед расхаживающим туда-сюда Караелем, главой секретных служб Ада, и молча сносили выволочку.

— Несчастный случай! — громогласно возвестил Караель. — Это должен был быть несчастный случай! А вы что натворили?

— Так у убийцы же были мотивы, — вскинула голову Джелайя.

Она и остальные могли бы сойти за людей. Вполне могли бы. Если бы не глаза — черные, без какого-либо намека на белок, зрачок и радужку.

Да и кожа была лишь чуть светлее глаз.

— Еще раз повторяю — это должен был быть несчастный случай, — Караель остановился и внимательно посмотрел на троих агентов. — Но все равно можете считать себя героями. Теперь Рай потерял преимущество. Перевес ресурсов в нашу сторону такой, что ангелам нас еще много веков не догнать. Если, конечно, эта девочка на земле совершит свое открытие до конца года. Ладно, свободны.

— Подумаешь, убийство устроили, — фыркнула Джелайя, когда трое чертей шли по узкому коридору Конторы. Кто и когда окрестил центр Контроля этим земным словом — точно неизвестно, но прижилось оно железно. Граель пожал плечами.

— Я вообще удивляюсь. Обычно такой резкий перевес ресурсов мог обеспечить поэт, художник, композитор… но модельер?

— Все меняется, — философски заметил Азель. — Пернатые, небось, все перья себе обгрызли, когда узнали.

Слабое мерцание прозрачных стен свидетельствовало о низком уровне активности. Черти вообще не стремились отгораживаться друг от друга, потому что были единым организмом, одной большой машиной, в которой крутится множество шестеренок. У них не было таких понятий как «личная жизнь», «самостоятельность» и «собственные нужды». Все для коллектива и во имя коллектива.