Тем временем Андраковский поручил Бомбару перетащить награбленное добро, ушел в свой отсек, высыпал в ванну пакет хвои для аромата и залез в горячую воду.

Он подождал, пока тепло проберется внутрь и расслабит тело, как расслабляют подпруги у седел, взял в руки книжку стихов-танка и задремал. Он сам не заметил, что задремал, книжка поплыла по воде, но вдруг с треском и искрами над головой маэстро включился экран, и Катарсис крикнул:

- Я говорил, что не надо связываться!..

Андраковский от неожиданности хлебнул остывшей воды, закашлялся и погрозил роботу кулаком.

- Эти дети нашли станцию! - крикнул Катарсис. - И теперь - на, пожалуйста! - заходят в ангар! Через пять минут они нас перестреляют!

- Не волнуйся, ради бога, - ответил маэстро и выловил из ванны книжку. По отношению к детям никакого насилия!

- Как же!.. - рассвирепел Катарсис, но маэстро прервал его:

- Значит, так... Раз уж они нас считают мерзавцами, надо с педагогическими целями таковыми и представиться. Мы должны дать понять детям, что такое истинное зло. Пусть они победят нас и зло в нашем лице, а потом мы как-нибудь уладим это дело... Если они потерпят поражение или впоследствии будут мучиться от совести, что наказали нас несправедливо, может развиться комплекс неполноценности, а это...

- А они уже взломали дверь шлюза, - желчно сказал Катарсис, следивший за детьми из рубки по монитору.

- Сделаем следующее, - Андраковский вылез из ванны и схватил полотенце. Пусть они немного побродят по станции, а после мы их возьмем в плен. Я изображу из себя злодея, желающего уничтожить всю планету, а затем мы дадим им возможность бежать и расправиться с нами. Уж тогда-то они должны понять, что такое настоящее добро и зло, а, Катарсис?