- Мы вернулись, чтобы арестовать вас, - сказал Даниил.

Маэстро тоскливо посмотрел на потолок.

- Пиратству - бой, - сказал Даниил. - Мы вас все равно арестуем.

Андраковский заворочался, достал сигарету, но спохватился и спрятал ее.

- А потом нас куда, в колонию? - спросил он. Даниил пожал плечами.

- А если мы дадим честное слово больше не пиратствовать? - с надеждой спросил Андраковский снова. Даниил подумал.

- Во-первых, мы вам не верим, потому что вы нас уже однажды обманули. Во-вторых, существует такое понятие, как расплата за прежние преступления.

- Это, в конце концов, негуманно! - в сердцах, но безнадежно сообщил маэстро.

- Гуманизм - растяжимое понятие, - возразил Даниил.

- А я слышал, что Земля - планета чуть ли не идеального гуманизма. Это мне один каторжник на Двужильном Тягуне говорил.

- Глупости он вам говорил, идеального гуманизма нет. Скажем, данная ситуация. Вы проповедуете гуманизм в отношении к одной личности без оглядки на все остальное общество. Мы же - наоборот. Что гуманно для общества гуманно для личности.

- Но это исключает свободу!..

- Относительно. Если человек... - Даниил замолчал.

- Во-первых, это нивелирование духа; а во-вторых... Во-вторых, неужели Земля такая бедная планета, что, воспитав в человеке верные моральные принципы, она не может позволить ему идти своим путем, пусть и не таким, как все? Ваше добро несправедливо!

Маэстро увлекся пафосом беседы, как вдруг Даниил строго сказал:

- Не кажется ли вам, что мы уклонились от темы? Андраковский словно споткнулся на полуслове.

- Сдавайтесь, - жестко сказал Даниил, не дожидаясь ответа противника, и добавил: - Пока мы с вами разговаривали, Артем и Милора обошли ваших с тыла.

Маэстро изменился в лице, оглянулся, встал и побежал к своему укрытию. Но едва он завернул за угол, в живот ему уткнулся ствол бластера. Сердце пирата ёкнуло, тошнота подступила к горлу.