Тут, наверное, я изменился в лице, что моментально заметил Лейстрейд.

— Колись, Ватсон, что, Майкрофт кого — то невидимым сделал?

Не мели чепухи, Лейстрейд, вмешалась в разговор Ирен. Я читала эту статью. Нельзя стать невидимкой, просто став прозрачным. Во первых, придется разгуливать голышом. Грязь, на босых ногах, быстро выдаст тебя. И самое главное — человек невидимка будет слеп как лунь. Ели глаз преломляет свет, то он видим. Если глаз не преломляет свет — человек слеп.

У Лейстрейда отвисла челюсть. Такой Ирен, он еще не видел. Впрочем, годы работы в криминальной полиции, научили его приемам спора. Будучи, неспособен ответить, на заданном Ирен уровне, он передал пасс мне.

— А что по этому поводу скажет дипломированный специалист — глазнюк?

— Окулист, Лейстрейд, окулист. Я даже боюсь представить как ты гинеколога назовешь. И не надо мне льстить, я доктор общей практики. Мой вердикт, в двух словах — Ирен права. Стать невидимым, сделав свое тело прозрачным, нельзя. Тем не менее, в нашей, с Холмсом, практике, был случай, поразительно похожий, на описанный в газете.

Некто Гриффин, человек с уголовным прошлым, где-то раздобыл красящий пигмент. Я даже не могу сказать, какого он был цвета. В человеческом языке, просто нет слов, для него. Ирен, права, глаз человека — это понятная, с точки зрения оптики, машина. Но помимо глаза, у человека есть и мозг.

Не могу сказать почему, но этот цвет, был настолько чужд нашему физическому миру, что человеческий глаз, просто отказывался его видеть. Точнее, его отказывался замечать мозг. Гриффин покрасил, сделанной на основе этого пигмента краской, плащ, и стал человеком невидимкой. С точки зрения физики — он бы отчетливо виден. Просто человека, в этом костюме, казалось, все упорно игнорируют. Или не замечают.

— И что произошло дальше?

— Ну, дальше, Гриффин, начал вести себя, как обычный подросток, получивший плащ — невидимку. Воровал по мелочи. Залез в Гемпширские дамские купальни.