Динихтис плыл параллельно берегу, словно бы сопровождал альва. "Наверное, не нажрался, - холодно подумал тот, продолжая свое болезненное передвижение. - Ну и пусть его. Я матерью-кормилицей не нанимался!"

Динихтис издал какой-то тонкий писклявый звук, плеснул хвостом, но, проигнорированный, продолжил свое фланирование вдоль берега.

Секира была на месте. А клешня, лежавшая рядом с ней, на вкус оказалась очень даже ничего - когда Мнмэрд немного поджарил нечаянную добычу на огне. Еще слава Создателю, что залежи горюн-камня здесь имелись, и основательные.

Потом он еще раз осмотрел ногу - ничего страшного, просто шершавая шкура рыбины содрала с бедра немного мякоти. Неплохо для такой переделки, в какой Мнмэрд очутился. Хотя, конечно, ходить будет трудновато.

Он доел мясо из клешни, а остатки швырнул в воду. Динихтис благодарно прочирикал ("И откуда только такое многозвучие? Прошлый молчал, как... рыба") и схрумкал клешню.

"Может, отвяжется. Хотя... Все-таки с этой тварью под боком как-то спокойнее. Главное - не свалиться в воду".

Шел уже второй день его пребывания в Нижних пещерах. Что же дальше-то будет?! Впрочем, что бы там ни было, Мнмэрд не собирался сдаваться. Одмассэн достаточно ясно обрисовал все перспективы дальнейшей жизни в селении, да парень и сам понимал: с каждым ткарном становится хуже и хуже. Еще немного и горяне просто вымрут.

всплеск памяти

Одмассэн собрал их в своей пещере: Монна, необычайно постаревшего, с усталым потерянным взглядом, и Мнмэрда - крайне удивленного происходящим.

Парень только что вернулся из очередного похода за дичью. Как повелось с некоторых пор, зверя было очень мало, животные исчезали, и только один Создатель ведал - куда. Зато змеи, словно пытаясь заменить собою исчезающую дичь, кишели, как мухи в жаркую погоду - этакие чересчур опасные мухи. А теперь еще и вэйлорн решил забот подкинуть.