Но дракон был мертв.

«Разрывная пуля», — безошибочно определил Сонд.

Тамп попал чудовищу в горло, в единственную точку, не защищенную костяными пластинами.

Гравиплатформа, висевшая над сказочным трофеем, казалась игрушечной по сравнению с ним. Видимо, Тамп не сумел взобраться дракону на голову и вынужден был использовать технику.

Сонд вздохнул, неожиданно почувствовав острую зависть… Не он! Не он выследил эту тварь, не он гнал ее шутихами и сиренами именно к этому месту, чтобы убить одним снайперским выстрелом здесь, на фоне гор, в заранее точно рассчитанный час, когда склоны окрашены восходящим солнцем…

— Восхитительно! — прошептал над ухом Сильвет, и Сонд очнулся.

— Твоя взяла, — нехотя признал он.

Тамп расплылся в людоедской улыбке:

— Ну так как насчет синеньких?..

Вечеринка была в самом разгаре. Из окон доносились звуки музыки, звенели бокалы. Сонд полной грудью вдохнул ночную прохладу и сбежал по лесенке вниз, к морю. Постоял немного, дернул плечами и ступил на причал. Собственно, чего он ждал в конце концов?

Тамп опытный охотник, и уж если он поспорил, значит…

Глупо раскисать, придет день — отыграемся. С такими деньгами и положением в обществе рано или поздно понимаешь, что смысл жизни состоит в удовольствиях.

В юности Сонд облетел полгалактики, участвовал в пяти межзвездных конфликтах, собирал произведения искусства… Он перепробовал все, что мог предложить ему мир. И сделал свой выбор.

Охота… Кое-кто считает ее жестокой, кое-кто и вовсе бесчеловечной. Пусть. Но именно в этом и заключается ее прелесть — подлинное ощущение риска и смерти.

Ведь его охота — один на один, без робота-снайпера за спиной, сила на силу, воля на волю. Никаких подстраховок и самонаводящихся пуль. Только честная работа.

— Сонд?