— Твоя следующая остановка — первый этаж!

— Заметано, — согласился я. — Твоя мать мне никогда не нравилась.

— Да что с тобой такое?! — удивилась клон.

— Ничего. Не дергайся и делай то, что велят эти симпатичные ребята.

Она посмотрела направо, налево, и вдруг в глазах у нее заплескался страх. Это подтвердило мои подозрения: ей известно гораздо больше того, что она мне рассказала.

Клон, ходячая опухоль, меня обманула! Может быть, подставила! Работать на клона и так противно, но чтобы клон еще и обвел вокруг пальца! Я полный придурок.

Когда мы опустились на центральную аллею, где действовала сила тяжести, я взял ее под руку, как будто она настоящая. Мне вряд ли поможет, если все поймут, что моя спутница клон.

— Куда мы идем? — спросил я наших конвоиров.

— Тут недалеко, — ответил четырехпалый.

Они повели нас по аллее прямо к пневмоэкспрессу, который без остановок домчал нас до парковки на крыше. Все восемьдесят этажей мы пролетели в молчании. В полуметре от крыши плавно покачивался дорогущий флитер — спортивная модель, роскошный «ортега скарлет бриз». За пультом управления сидел еще один громила. Мы влезли внутрь и взмыли вверх, туда, где яркое солнце — настоящее, не голограмма — таяло в полуденной дымке.

— Кто хочет нас видеть? — вежливо и беззаботно спросил я.

Четырехпалый, видимо, был уполномочен говорить от имени всей троицы. Он дал нам, как всегда, подробный и пространный ответ:

— Йокомата.

— Ага, — сдавленным голосом произнес я. — Йокомата, значит. Просто прекрасно!

Йокомата — крупная фигура в криминальном мире Бозиоркингтона. Не самая крутая, не такая, как, к примеру, Эстервин или Лютус, но работает чисто, выше среднего уровня.

Я бросил на клона выразительный взгляд:

— Полагаю, ты ужасно удивлена.

Клон ничего не ответила, но ее испуганные глаза сказали мне все.