— Я бы ни за что не согласилась, чтобы меня использовали в рекламных целях. Нет, мы с ним хотели улететь отсюда.

— Куда?

— В другую галактику.

Я снова откинулся на спинку стула, на сей раз медленно, и внимательно посмотрел на нее. Чем дальше, тем больше мне не нравился ее рассказ. Я уже сказал, я не клонолюб. Откровенно говоря, я бы хотел, чтобы их и вовсе не было. Но это вовсе не означает, что я приветствую дурное обращение с клонами. Клонов создаем мы, настоящие; поэтому мы за них в ответе. И вот какой-то мерзавец замыслил подлость по отношению к данной особи — пусть она и поразительно тупа даже по меркам клонов! Может, кому-то не понравится моя точка зрения, но я не намерен мириться с жестокостью по отношению к клонам!

— Послушай, — медленно заговорил я, надеясь, что она способна хотя бы отчасти понять то, что ей внушают. — Даже не знаю, как тебе втолковать, но некоторые вещи ты обязана знать. Вот, например: ты никак не можешь улететь с Земли. На другие планеты, в другие галактики могут перебраться только настоящие. Тебе понадобится документ, вид на жительство — грин-карта, а у клонов грин-карт нету. Вы — недочеловеки. Вы — чья-то собственность. Вы непременно кому-то принадлежите — человеку или корпорации. У клонов даже нет счетов в банке; так что, сама понимаешь, клоны не могут путешествовать и летать к звездам, когда им заблагорассудится.

Я все старался придумать, как бы попроще разъяснить ей принцип работы Центральной базы данных, чтобы до нее дошло. Она расстегнула свою поясную сумочку.

— Видишь ли, сразу после твоего рождения… то есть вылупления, не знаю, как сказать…

— Деинкубации или выведения, — пробормотала она, не прекращая рыться в сумочке.

— Не важно. Так вот, сразу после выведения у тебя взяли биопсию и твой генотип занесли в Центральную базу данных. Твой генотип останется там, пока ты не умрешь. Как и мой. Как у всех.