Выглядел он так же, как в тот день, когда Корбин увидел его в первый раз – маги живут долго, по сравнению с обычными людьми так и очень долго, и как они выглядят, зависит только от них. Так что возраст учителя был, по меркам магов, совсем невелик – просто кажущаяся немощь (хотя какая уж тут немощь – Корбин сам видел, как старик смеха ради играючи завязал узлом кочергу из толстого железного прута, да и женские визги из его спальни доносились регулярно, Корбину иногда даже зАвидно было) позволяла ему проворачивать дела, которые людям молодым да здоровым сделать было куда как сложнее. Ну, в самом деле, кто будет опасаться старика? Да никто, а зря, совершенно зря. А потом внешность вошла в привычку, поэтому и менять ее учитель не стал, тем более что хлопотно это и долго. В деньгах бывший придворный маг не нуждался, жил, как хотел, и общался только с теми, с кем считал нужным. С Корбином, например.

Корбин, кстати, совсем по другому выглядел – глядя на него со стороны сложно было дать ему больше тридцати. Высокий, атлетически сложенный, бицепсы аж рукава распирают, двигается с грацией то ли тигра, то ли медведя – ну да это в зависимости от того, надеты на него доспехи или нет. Глаза серые, холодные, на загорелой роже шрам – тонкий, почти незаметный, только когда Корбин злился, он белел и начинал выделяться. Корбин его специально не сводил – для брутальности, так сказать, это было частью его имиджа. Светлые волосы, по моде северных наемников, собраны на затылке в хвост, челюсть гладко выбрита. На поясе – меч, который обычному человеку и не поднять, на шее – целая коллекция боевых амулетов. Словом, крут – именно таким, в представлении обычных людей, и должен быть идеальный воитель. Так что приходилось поддерживать форму – все же боевой маг, войной на жизнь зарабатывает, надо на нанимателя впечатление произвести, чтобы не продешевить при найме. Хотя, конечно, и самому приятно видеть, как при твоем приближении вспыхивают глаза у женщин и опасливо втягивают головы в плечи мужчины.