Создатель глянул на мужчину, одетого в подобие римской туники, - его худые ноги с выступающими венами выглядывали из-под короткого, лёгкого одеяния. Голову, увенчанную полукружьем лысины, Долг наклонил над карманным компьютером, куда записывал то, что говорил Творец.
- Некоторым моим подданным в чувстве долга не откажешь, - улыбнулся старец собственной шутке, - но не мешало бы внедрить это глубокое понятие в каждую человеческую особь. Настало время видоизменить это свойство, расширить его суть. Чувство долга перед обществом и государством в обмен на добротную крышу над головой и увесистый кусок пирога устраивают меня меньше, чем это было в прошлом. Надо менять приоритеты. Исподволь, постепенно на первые места должен выйти долг перед самим собой, семьёй и своими близкими. Как это ни странно, но государства и нации при этом ничего не теряют, наоборот, их идея становится ярче, привлекательнее. Бесспорно, что мои опыты, которые я провожу здесь, должны предвосхитить будущую ситуацию на Земле.
Преодолевая тяжелейшие ситуации, голод, войны, человек становится организованнее, сильнее. И наоборот, чем лучше и устроеннее становится жизнь, тем больше и больше его тянет к наслаждениям. Если бы он в полной мере знал мой замысел, то стал бы строго дозировать удовольствия, чтобы продлить себе жизнь.
Человек должен переступить через себя, через своё прошлое на пути к совершенству. Впрочем, многие осознают, что они борцы, что они созданы, чтобы преодолевать! Лотофагами становятся слабейшие, и это часть моего плана, куда входят механизмы искусственного отбора.
Долг поднял свои глаза на высохшем от изнуряющей диеты лице и внимал старцу. Ему стало понятно, зачем он был приглашён на эту прогулку. Меж тем старец, после небольшой паузы, продолжал: